Peč

Paskelbta

Kodas 14

Рассказ «Печь».

Дзинь, дзинь, дзинь – Вовка проснулся. Из соседней комнаты доносилось постукивание и шкрябанье металла о камень. Зашла мама, уже в пальто, включила репродуктор, потрепала сонного сына по волосам и поспешила в школу. Вовка потянулся, за окном моросило. По радио говорили о прошедшем пленуме партии, где генеральный секретарь ушёл в отставку в связи с состоянием здоровья и преклонным возрастом. Десятилетнего  Вовку это не волновало, и хотя всё его лицо, грудь и плечи покрывали пятнышки от зелёнки, он радовался свободным от школы дням. Мальчишка быстро оделся, накинул на плечи телогрейку, побежал под дождём за сарай в дощатый туалет, который летом мастерил с отцом. Вернувшись, умылся, намазал на ломоть черного хлеба густую сметану и быстро съел, запивая сладким чаем.

В родительской комнате кто-то тяжело вышагивал. Вовка осторожно приоткрыл дверь. Мебель в комнате была сдвинута, половики свернуты, а у разобранной наполовину печки возился коренастый  кривоногий дедок:

– Заходи, заходи, кнабенис*. Будешь мне печь помогать ладить, – печник рукой указал на аккуратно сложенные кафельные изразцы и кирпичи.

Вовка не заробел, осмотрел изразцы, подошёл к печке со стороны топки. Что печь надо ремонтировать, заговорили год назад. А после лета при растопке она стала дымить так отчаянно, что тянуть с ремонтом было уже невозможно. Накануне за ужином отец сообщил, что в соседнем посёлке нашёл хорошего печника – старого литовца, который сможет починить печь. Местные мастера за работу не брались, сложность была в печке – хитро вделанная в печь чудо-духовка с бронзовой дверцей. Отец называл мастера полным именем, но Вовка запомнил только первую часть – Йоська, уж больно необычным оно было, да и вся деревня за глаза его так и звала – Йоська Литовец.

Пока печник снимал очередной ряд изразцов, мальчишка складывал в отдельную стопку огнеупорные кирпичи.

– Был бы ты постарше годка на три, обучил бы тебя ремеслу печному, а то помру, так в округе некому будет толковую печь сложить. Сложить то печь сложат, но или всё тепло в трубу уходить будет, либо дымить печка будет, как оглашенная. Толку никакого – один перевод дров. А печь с духовкой – вещь особая, тут так надо дымоходом обвить духовку, чтобы горячий воздух равномерно со всех сторон её обволакивал. Держи крепче изразцы, не побей.

Йоська начал споро вынимать кирпичи из чрева печки и передавать Вовке. Тот пыхтел, старался, но едва успевал их раскладывать. Вскоре  в четыре руки печь разобрали до фундамента.  Печник оглядел фундамент, остался доволен и пошёл во двор за глиной и песком, привезёнными отцом накануне.

– Не та глина, совсем не та, – вернувшись, сокрушался недовольный Йоська, – здесь нужна особая глина, огнеупорная, вязкая. Знаю я, где такая есть. Сегодня накопаю, а завтра привезу. Ты пока очисти кирпичи и кафель от старой глины. Будешь молодцом, так покажу тебе ту самую особую глину. Место это – единственное в округе, мой папаша нашёл его при последнем Кайзере, доводилось ему в этих краях и тогда печи класть ещё до Великой войны.

Йоська сложил инструмент в сумку и, громко стуча кирзовыми сапогами по ступеням лестницы, спустился во двор. Вывел из сарая старый проржавевший велосипед, закрепил на багажнике сумку и  покатил домой, крутя педали со зверским скрипом.

Вовка чистил кирпичи от глины до прихода родителей. Мать нажарила рыбы, отец частенько ловил линей и щук в озере за холмами. Отец сидел за столом всегда на одном и том же месте, Вовка от него по левую руку.

– Как день прошёл, смотрел, как печь перекладывают, – в глазах отца вспыхнули насмешливые искорки, – не испугался печника?

– Совсем не испугался. И не смотрел я, как он работает, а помогал, – Вовка увидел, как улыбнулась мать. – Пап, а почему ты позвал работать этого Йоську, он же старый уже, седая щетина на щеках.

– Да, сынок, старый он уже. Время не щадит никого, и я постарею, а когда-то даже и ты. А дедок этот остаётся лучшим мастером в округе, а может и в области. Я его с 1952 года знаю, в пасторском доме, где начальная школа у нас, он печи перекладывал. Только я думал, что уехал он давно в Литву, а оказывается здесь остался. Великое мастерство в любой профессии важнейшее дело. Мы всё больше знаем артистов, вот Михаил Жаров – народный артист, а дедок этот – народный печник страны. Хорошо бы и тебе стать таким мастером в своём деле.

На следующий день Йоська припозднился, зато приехал на лошадке, запряжённой в телегу.  Ярко-жёлтый песок и коричневая, вязкая глина занимали половину телеги. Вовка выбежал во двор, сдержанно поздоровался.

– Хорошо, что ты здесь, – обрадовался печник, – найди два ведра, глину и песок надо к печке переносить. Грузи не доверху, это тебе не вода, спину не сорви.

Целый час Вовка таскал на второй этаж песок и глину, упарился, пока печник не сказал – довольно. Тем временем печь росла на глазах. Йоська ловко клал кирпичи, будто помнил, какой на каком месте стоял. Обкладывал кладку кафелем, закладывая между кирпичами и изразцами крючочки из проволоки. Встраивал топку, навешивал бронзовые дверцы, а затем долго и тщательно выкладывал духовку, к вечеру дело дошло и до трубы, которая отводила дым в дымоход.

– Вовка, осталось нам навершие печки выставить, но на сегодня хватит работать. Пусть печь подышит и подсохнет, – Йоська влажной тряпкой вытер тяжёлые, мозолистые руки. – Ты мальчик,  меня с утра жди, закончим завтра печку.

А Вовке назавтра назначено в школу, закончился карантин. Но посмотреть, как печку первый раз затопят, хочется пуще неволи. Вовка натёр до красноты на груди уже засохшие прыщики. Показал маме, забеспокоилась она и оставила сына дома ещё на один день.

В последний день Йоська приехал пораньше. Явился к печке, как на свидание, в чистых хромовых сапогах, гладко выбритым. Первым делом  залез на стремянку и ощупал печь изнутри.

– Сохнет хорошо, равномерно, теперь можно закрывать печь сверху, навершие поставим да красоту наведём. Великое дело – печь в доме. Человек стал человеком, когда огонь в костре научился поддерживать, а через тысячи лет и печь придумал, которая огонь укрощает, а тепло сутками держит. Запомни,  Вовка, тепло в доме – важнейшее дело.

Печник устанавливал изразцы часа три, да ещё час кружил вокруг печи, правя и подделывая всяческие мелочи. Вовка всё это время работал при нём, то инструмент подаст, то изразцы, то детали для крепления трубы. Наконец Йоська огладил печь со всех сторон, отошёл к окну, полюбовался печкой.

– Ну, вот и всё, Вовка, закончили мы работу. Добре греть печка будет и долго. Меня переживет и век этот тяжкий. Печь – самая крепкая часть дома, стены и крыши рушатся, а печь остаётся, в сожжённых деревнях после войны на месте домов только печи с трубами стояли. Так что через печь эту будет тебе память обо мне. Поминайте меня добрым словом, пока здесь живёте. Неси газету или бересты на растопку, да полешек чуть. Затопим печь по первой.

Вовка стремглав побежал в дровяной сарай, принёс бересты да охапку еловых поленьев. Йоська аккуратно заложил дрова в топку, достал спички.

– Давай, малец, открой дымоход да запаливай бересту, поддувало не забудь приоткрыть.

Чиркнула спичка, береста вспыхнула, следом дружно взялись поленья, печь загудела и запела весело. Йоська потрепал Вовку по плечу, обнял печь, будто прощаясь, и двинулся из комнаты.

– Отца ждать не стану, не забудь дрова подкладывать. Да только полегоньку, не перекали, печь силу набирает постепенно. За деньгами приду через неделю, к тому времени и с печкой сроднитесь. Держи хвост трубой. Всё течет, всё меняется, а хорошее помнится лучше, чем плохое.

Больше  Вовка Йоську-печника не видел, слышал только лет через шесть от отца, что умер он в соседнем поселке. Так и не открыл тайну залежей огнеупорной глины. Где жил Йоська, там и похоронили его.

А высокая печь в убранстве черного кафеля продолжала надежно служить и оберегать семью, пока через тридцать лет не умер отец Вовки, а ещё через десять лет братья не забрали мать в Калининград.  В квартиру въехала семья из Казахстана. И согреваются они по сю пору у печи, где теплится Йоськина душа. Печь и нынешний век переживёт, а вот уцелеет ли дом, наш большой дом?

*Кнабенис – литуанизированное от немецкого Кнабен – мальчик.

 

 

 

Reklama